Из «города фонтанов» - по дорогам страшной войны

Из «города фонтанов» - по дорогам страшной войны

07 апреля 2005 № 38 (10262)

До войны мы жили в «городе фонтанов» - Петергофе. Это был настоящий праздник жизни - сверкающие фонтаны, безмятежно прекрасный Финский залив, и мое счастливое детство, когда каждый день дарил маленькие радости. И тогда все еще были живы:


Но однажды все рухнуло. Началась война. 26 сентября 1941 года, в Петергоф без боя (нам, горожанам, в этом смысле повезло) вошли немцы. Предварительно были сброшены три бомбы мелкого калибра, но их хватило, чтобы разрушить три дома. Петергоф до войны был дачным городом, дома по большей части здесь были деревянные.

Когда мы вернулись из бомбоубежища, дверной замок был взломан, а в комнате немец рылся в наших вещах. Присутствие хозяев не смутило представителя «высшей расы». Он хорошо поживился.

27 сентября немцы выгнали жителей из города. Кольцо блокады сомкнулось вокруг Ленинграда. И вот мы - мама, бабушка и я - стали беженцами. С котомками за плечами мы брели по дорогам Ленинградской и Псковской областей в никуда, голодные и оборванные, просили милостыню. И великое спасибо тем, кто не отказывал в помощи, подавал корку хлеба или пару картошек. Многие из нас, благодаря этим добрым людям, и выжили.

Скитаясь по дорогам, мы оказались в городе Гдове, где попали в тифозный барак. Я и бабушка заболели сыпным тифом. Бабушка умерла. В Гдов мы пришли в апреле 1943 года, а когда мама меня впервые вывела на улицу, на солнышко, был уже июнь.

Из Гдова мы попали в небольшую деревеньку, расположенную недалеко от станции Ямм. Время было голодное. Ели всякую траву. У меня опухли ноги, и вся я была в фурункулах. Ходить не могла, легче стало, когда пошли грибы и ягоды. И только благодаря усилиям моей дорогой мамочки, я осталась жива.

Позже немцы собрали беженцев на станции Ямм. Разместили нас в бывшей школе. За котелок баланды и кусок эрзац-хлеба валили лес вдоль железной дороги. Десятником был парень из местных - Сережа. Он на нас не давил, не кляузничал немцам. Только просил: «Как увидите немцев, сделайте вид, что работаете».

Однажды нас не повели на работу. Сказали, что будут вешать партизан, то есть военнопленных, которых обвинили в саботаже. И все должны присутствовать при этом. Я не могла пойти на казнь: мне было очень страшно. И я решила спрятаться. Быстро разобрала кладку дров между печкой и стенкой комнаты и залезла за печку. Сердце билось так, что мне казалось - это могут услышать вошедшие в комнату немцы. Но они ушли, ничего не заметив.

Началось отступление немцев. Была зима. Мы с мамой ушли со станции Ямм, дошли до Чудского озера. Затем попали на остров, где были три деревни, но здесь долго не задержались. Кто-то из «доброжелателей» настучал немцам, и нас отправили в Эстонию, в город Валга, где формировался состав для отправки в Германию.

В начале 1944 оказались в Восточной Пруссии в лагере города Бреслау. Тут шла бойкая торговля рабочей силой. Нас купил один хозяин - бауэр. У него была обширная плантация. Кроме русских, на него работали украинцы и французы. Работали от зари до зари. Иногда оставались голодными, так как в баланде плавали черви, мясо было тухлым. Французам было легче, о них заботился «Красный крест», обеспечивая их продуктами, посылками.

11 февраля 1945 года нас освободила Красная Армия. Началась долгая дорога домой. Шли мы недолго. Нас задержали и определили в тыловое хозяйство одного подполковника. Опять работали только за еду. Вместе с этим хозяйством вслед за войсками двигались в западном направлении - все дальше от дома.

Проехали Польшу, Чехо-словакию, Австрию. Потом нас отправили в фильтрационный лагерь в Польшу. После проверки в особом отделе СМЕРШ в июле 1945 года вывезли на какую-то станцию и оттуда в товарном составе с углем наконец-то отправились в Россию. Ночью по дороге у нас отняли последние пожитки. Чумазые, добрались до станции Дно, и когда хотели сесть в пассажирский поезд без билетов (денег-то не было), проводница обругала, как хотела.

Вот мы и вернулись домой! Здравствуй, Родина!!!

Из воспоминаний
Е. Савенковой
в книге
«Память сердца»

На снимке: Е. Савенкова (фото 1950 г.)